Нас заебало, что ссылки ведут в никуда.
Нас заебало, что сайты закрываются.
Нас заебало, что соцсети превращаются в виртуальные кладбища.
Нас заебало, что посты переписываются и стираются, будто их никогда не существовало.
Нас заебало, что крупнейший поисковый движок уничтожает собственную выдачу, заменяя её рекламой и нелепыми ответами ИИ-ассистента.
Нас заебало, что разработчикам и издателям видеоигр настолько плевать на собственное наследие, что порой их игры можно найти только на торрентах.
Нас заебало, что к балканизации ИНТЕРнета относятся как к чему-то в принципе допустимому.
Нас заебало, что цензуры на площадках становится всё больше, а порядка — всё меньше.
Нас заебало, что говорят ботосетки, пока люди молчат.
Нас заебала ПРАКТИКА мёртвого Интернета.
Самая опасная ложь, которую мы сами себе внушили: «Интернет всё помнит»
Интернет ни хрена не помнит. У него тяжёлая деменция. Он стирает целые эпохи так же легко, как обновляется лицензионное соглашение Google.
Стремительная деградация Сети — проблема, у которой нет простого решения. Но для начала стоит хотя бы перестать делать вид, что всё нормально.
Хотя, если честно, всё именно _нормально_. Это и есть новая нормальность. Мир, где информация живёт ровно до тех пор, пока это выгодно владельцу платформы. Где история существует, пока оплачены серверы. Где память стирается вместе с отменой подписки.
В 2024 году хакеры получили доступ к части данных пользователей archive.org, а затем последовали DDoS-атаки, из-за которых архив и связанные сервисы периодически были недоступны. Сам архив не исчез, но на какое-то время пользователи буквально потеряли доступ к одному из главных инструментов сохранения истории Интернета.
И вот парадокс: архив, существующий потому, что Интернет ничего не хранит, сам оказался настолько хрупким, что едва пережил одну серьёзную кибератаку.
Вряд ли эти конкретные взломщики хотели стереть историю Интернета, но они подсветили другое: мы слишком сильно зависим от одной единственной организации. Интернет задумывался как РАСПРЕДЕЛЁННАЯ структура. Сегодня же многие критически важные вещи имеют единственную точку отказа: один поисковик, несколько крупных соцсетей, один крупнейший веб-архив, пара CDN, через которые проходит пол-Сети, несколько облачных провайдеров. То есть Интернет технически распределён, а институционально — всё больше централизуется.
Это не попытка осудить Internet Archive. Люди из Internet Archive десятилетиями делают колоссальную работу, зачастую за небольшие пожертвования и под постоянным юридическим давлением. Нас заебало, что судьба цифровой памяти человечества зависит от нескольких серверов и горстки энтузиастов. Как так вышло, что у многомиллиардного Интернета (6 миллиардов пользователей!) есть единственная библиотека и стоит ей на день закрыться — оказывается, что запасной нет? На архивистов легла ответственность, которую должно было разделять ВСЁ сообщество Интернета.
Исторически Интернет никогда ничего не помнил по умолчанию. Он помнит только то, что кто-то сознательно сохранил, скопировал, зеркалил и поддерживал. Стоит этим людям исчезнуть — память исчезает вместе с ними.
Интернет строили анархисты, техноманьяки и непонятые гении, которым было важнее соединять, а не контролировать. Делиться, а не навязывать. Оптимизировать, а не монетизировать.
Интернет начал гнить не тогда, когда cюда пришли государства и крупные корпорации. Интернет начал гнить тогда, когда исчезло ощущение, что мы здесь хозяева.
Но фактически мы по-прежнему здесь хозяева. Не в смысле обладания, а в смысле ответственности и заботы о вверенных ресурсах.
Если информация существует только с чужого разрешения — она уже потеряна.
Если у истории нет резервной копии — она уже стёрта.
Память — это не функция Интернета. Память — это ответственность тех, кто помнит.
Копируйте. Зеркальте. Архивируйте. Публикуйте так, чтобы это нельзя было стереть даже ядерной войной.
Мы будем помнить.
